Каблучки по асфальту: цок-цок, цок-цок, цок-цок... Ночь. Полночь. Радио замолчало. Погасли фонари на улице. Цок-цок, цок-цок, цок-цок... Ветер. Дождь. Пугающие шорохи. Пугливые тени. Цок-цок, цок-цок, цок-цок... Лежу в теплой постели, за надежной дверью, баюкаю бессонницу. А эти каблучки, эти неустойчивые, эти медлительные, эти звонкие каблучки - одни в уличном кошмаре ночи. Цок-цок, цок-цок, цок-цок... Господи, пусть они доведут хозяйку до ее надежной двери целой и невредимой! Цок-цок, цок-цок, цок-цок... И - спасительная мысль: мужские каблуки не стучат... Засыпаю.

     Компьютер: экран, "мышка", клавиши...
     На улице весна. Снег растаял... Тучи рваные куда-то ошалело несутся...
     Захожу в "Excel". Таблица: колонки, строчки, формулы. Подставляю цифры, суммирую, оформляю, распечатываю - отчет. Конец квартала...
     Назавтра - резко потеплело. Вокруг - расстегнутые куртки, пальто, шубы, дубленки. Послезавтра зимнего уже почти совсем не осталось ни на людях, ни вокруг, разве что - немного внутри. И - брызнула зелень...
     Перерыв. Создаю новый файл - порисовать захотелось. "Беру" "распылитель", начинаю оформлять газончик на чистом поле файла. Брызнула зелень. И вдруг компьютер "завис"...
     Циклон. Похолодало.

     Коридор. Длинный, темный. Посредине - дверь налево. Комната. Большая, светлая. Столы, стулья. Полно народу. Молодежь. Сидят, ходят, говорят, читают, пишут, смеются, здороваются, прощаются, жуют бутерброды, смотрят в окно - разные. Книги стопками, тетради в клеточку, ручки шариковые. Глаза с нахалинкой, разговор со смешком, движения с сумасшедшинкой. Ноги длинные, волосы свободные, мечты голодные - одинаковые. Время тикает. За окном солнце погасло. Сумерки. В комнате свет включили. На улице фонарь зажегся. Цветы в горшках на подоконнике теперь кажутся синтетическими. Народу меньше, меньше, меньше... Последний уходит сильно хлопнув дверью. Студент. А может сквозняк? Тихо. Темно. "Читалка" закрыта.

     Зима. В этот раз она почему-то странно совпала с кризисом. И стало не понятно: кто перекрыл тепло - зима или кризис. Какая загадочная и глупая фраза - энергетический кризис. Энергия заболела... Холодно.
     Приходим на работу не работать, а стучать зубами. Какая уж тут работа - мозги смерзлись, извилины не шевелятся, серое вещество звенит в тишине - заледенело. На ногах - валенки, на плечах - телогрейка, под ней - полсотни свитеров, на руках - варежки, на голове - шапка до бровей. Изо рта - пар валит. Зима. Кризис. Холодно.
     Работники умственного труда женского пола согреваются чаем. Кипит чайник. Пар собирается под потолком и греет... потолок. Вдруг откуда-то - бабочка. Красивая, цветная, бьется в оконное стекло. Это ее пар из чайника согрел - она и проснулась, думала: весна. Глупая бабочка. Бедная бабочка. Бьется о стекло - вылететь хочет - больно ей. Ножки поджала - стекло холодное - больно ей. Я на нее дышу, а она даже крылышек сложить не может - мерзнет все равно - больно ей. Зима. Кризис. Холодно. Бедная бабочка. Притихла, наконец, в уголке окна. Может, снова хотела уснуть "...и видеть сны..."?

     В горшок с лилией (никак не могу запомнить ее научное название) попала косточка лимона. И проросла. Росток развивался очень быстро. Скоро он вырос раза в два выше самой лилии и прикоснулся к ней большими, яркими, глянцевыми листами. И случилось чудо. Лилия, которая пять лет сиднем сидела и выпускала одни листья, вдруг выпустила толстую, длинную стрелку и расцвела. Яркими, алыми цветами-граммофончиками. И была такая идиллия в цветочном горшке, что невольно думалось: а может это любовь?
     Жизнь продолжалась. Мы уехали в отпуск, и оставили ключи соседке, чтобы та поливала цветы. Но у нее своих дел было невпроворот, и нашу квартиру она посещала крайне редко. Когда мы вернулись, нашли лимон высохшим - он любил, чтобы его поливали каждый день...
     Через месяц умерла лилия - луковица сгнила.

     Береза под окном... Банально? Да, если не под твоим окном, и не ТАКАЯ береза. Ничто не мешало ей стать пышной и стройной красавицей. И она стала. Ничего не символизируя собой. Без претензий и самолюбования. Без капризной манерности. Потому что, - не боюсь перефразировать известное изречение, - все человеческое ей чуждо. Ибо хороша по-настоящему лишь та красавица, которая не знает, что хороша.
     И не стесняюсь прощаться с ней, когда уезжаю. И не стесняюсь радостно здороваться, когда возвращаюсь. И не стесняюсь молиться за нее, если ветер достигает почти ураганной силы, или во двор въезжает грузовик, могущий поранить ее нежные гибкие ветви, стройный белый ствол, красивые ярко-зеленые листики с четко очерченными зубчиками по краям.
Разве стесняются любви, если она настоящая?

Отзывы     Критика     Советы     ...

18 февраля 2004 года

Тысячная Светлана Евгеньевна
Написать